Малайзия, как и другие страны Юго-Восточной Азии в конце 1980-х гг. считалась периферией исламского мира. Но динамика развития страны в экономическом и политическом аспектах, а также реализованная при Махатхире Мухаммаде программа по использованию Ислама как инструмента решения сложной религиозной и этнической ситуации, фактически сделала Малайзию лидером среди мусульманских стран. И для более детального понимания процессов, которые происходили в Малайзии, следует рассмотреть политическую историю страны и опыт развития мусульманской общины Малайзии в условиях многонациональности и многоконфессиональности.
Ведущую роль в политической жизни Малайзии после обретения независимости принадлежала Объединенной малайской национальной организации (ОМНО) возникшей в 1946 году вслед за вторым собранием Всемалайского конгресса, состоящего из различных ассоциаций и объединений малайской общины [1].
Первое участие ОМНО в муниципальных выборах в 1952 году в Куала-Лампуре, организованного колониальной администрацией характерно не только безоговорочной победой, но и заключением беспрецедентного предвыборного союза с Китайской ассоциацией Малайзии (КАМ), образованной в 1946 году представителями китайской торговой и промышленной элиты, для лоббирования своих интересов и как противовес ОМНО.
Поиск формулы, обеспечивающей союз мусульманской общины малайцев с другими этническими и религиозными группами Малайзии, был изначально предложен первым лидером ОМНО Онн бен Жафаром, который внес предложение включить в состав партии представителей этих групп, полагая при этом, что руководящая роль в организации останется за малайцами. Однако эта идея не получила поддержки ни у одной из сторон, так как вверх взяли межнациональные и межрелигиозные противоречия всех национальных общин страны, особенно обострившиеся после провозглашения независимости Малайзии.
Идея объединения Онн бен Жафара получала иную форму через четыре года после его отставки в 1955 году на федеральных выборах, когда к коалиции ОМНО и КАМ примкнул Индийский конгресс Малайзии, выражавший интересы средних и крупных предпринимателей индийского происхождения. Это стало началом создания новой политической силы получившей название Союзной партии или Альянса.
Тем не менее, несмотря на все противоречия, Союзная партия или Альянс стал определяющей политической силой в стране, состоящей из трех «этнических», а по определению некоторых аналитиков «этноконфессиональных» партий, с сохранением ими своих организационных структур.
На всеобщих выборах 1958 года Альянс был зарегистрирован как единая партия во главе с руководством ОМНО, что позволило закрепить ведущее положение в коалиции малайской организации. Политика коалиции основывалась на так называемом межобщинном компромиссе-меморандуме Союзной партии, принятом в 1956 году в связи с подготовкой конституции независимого государства [2].
Конституция, разработанная группой экспертов и бывшей колониальной администрацией, вступившая в силу 31 августа 1957 году, гарантировала права всех национальных общин Малайзии, как политические права и свободы, так и право исповедовать свою религию, соблюдать обычаи и традиции своей нации. При этом конституция декларировала особое положение малайцев, позицию Ислама как официальной религии Малайзии на основе 3 статьи, которая гласит, что только Ислам может проповедоваться мусульманам.
Однако эта статья, по мнению западных исследователей, во-первых, противоречит 11 статье конституции, которая гарантирует свободу вероисповедания всем гражданам страны, во-вторых, позволила Исламской партии Малайзии (ИП) политизировать религию и требовать от правительства провозглашения страны исламским государством.
Но не стоит забывать об истории распространения Ислама на территории Малаккского полуострова, примерно в XIV веке, о той роли, который он сыграл в возвышении султаната Малакка, в формировании и консолидации нации в тяжелейших условиях. В настоящее время Ислам является государственной религией западных штатов страны. Большинство малайцев-мусульман придерживаются суннизма шафиитского толка. Шиизму следуют в основном выходцы из Индостана [3].
Что касается Исламской партии (первоначально называлась Исламским объединением Малайзии), то эта организация, созданная на базе Панмалайской теологической ассоциации в 1951 году и входившей в ОМНО, своей целью поставила создание теократического государства. Но, скорее всего, изначально ИП пыталась, в связи с ростом влияния Ислама в стране, укрепить свои позиции среди мусульман-малайцев в конкурентной борьбе с Альянсом во главе с ОМНО.
Коалиционное правительство Альянса было всерьез обеспокоено в течение 1970-х гг. возрастающими антизападными настроениями среди мусульманской общины страны [4]. Почву для недовольства политикой правительства не только в религиозном вопросе, но также в политической, экономической и социальной сферах, по мнению многих аналитиков, подготовила деятельность некоторых политиков Исламской партии Малайзии, которая была с 1960-х гг. серьезным политическим оппонентом Альянса из всех оппозиционных партий страны.
Провозглашение «джихада» западному влиянию, введение исламской демократии и экономики, неразделимость религии и политики как основные аргументы этой партии нашли благодатную почву среди малайцев, так как критика Альянса за неправильную экономическую политику в действительности была очевидной на фоне концентрации крупной земельной и иной собственности в руках, прежде всего, граждан китайского и индийского происхождения, которые оставались для большинства малайцев иностранцами и иноверцами.
Использование исламской риторики для получения голосов избирателей получило дальнейшее развитие, после того как в 1981 г. премьер-министром стал Махатхир Мухаммад, приход которого отожествляют как укрепление позиций сторонников умеренного Ислама, возглавляемых новым премьер-министром Малайзии [5].
Авторитарность в правлении Махатхира Мухаммада, несмотря на критику оппонентов, была следствием неэффективной национальной и особенно религиозной политики предыдущего руководство ОМНО на фоне слабой централизации государственных учреждений, контролирующих дела мусульманской общины Малайзии. По укоренившейся многовековой традиции важнейшие посты в этих учреждениях принадлежали выходцам из княжеских семей-султанов, которым принадлежала духовная власть над мусульманами в своем княжестве или штате. И вполне естественно, что эти консервативные круги малайского общества противодействовали попыткам центральных властей взять ситуацию в религиозном вопросе в свои руки.
Другой причиной жесткости нового руководства был рост социального протеста среди студентов и сельских жителей, волнения в штате Кедах в 1980 г., к которым некоторые политики, разыгрывая «религиозную карту» придали форму борьбы за возрождение истинного ислама [6].
Фактор смены поколений в самой ОМНО также сыграл немаловажную роль в изменении политического климата страны – на место старой политической элиты пришли представители малайской интеллигенции, технократы и крупные бизнесмены, которые, по всей видимости, видели опасность политизации Ислама, с дальнейшим ростом религиозного экстремизма и в итоге, развалом страны по национальному признаку.
Решительные шаги нового руководства ОМНО по укреплению экономики и общественного порядка, рост эффективности государственного аппарата и борьба с коррупцией, реформа многочисленных государственных религиозных институтов и организаций привели к ломке старых традиций малайского общества. Это в первую очередь позволило направить социальную и религиозную активность всех национальных общин на модернизацию страны.
Особое внимание было уделено советам по религиозным вопросам, действующих при султанах и губернаторах штатов. Для более тесного взаимодействия с гражданским сектором, часть членов советов избиралась из кандидатов от различных мусульманских организаций и объединений. Советы, имея ограниченные функции, сбор религиозных подаяний, аттестация преподавателей, контроль за мечетями и др. в конце концов, смогли сбить возрастающий накал религиозных противоречий, прежде всего в самой мусульманской общине. Практическая польза и эффективность советов выразилась в формировании общественного мнения и позиций местных религиозных организаций относительно задач обновления традиционных устоев и модернизации страны.
Ставка на поиск путей решения проблем религиозной сферы имела свои причины, которые проявились во второй половине 1970-х гг. ростом числа многочисленных мусульманских сект и миссионерских организаций, использующих растущий протестный потенциал среди мусульман, в особенности среди молодежи. Так, часть студенчества и молодежи из числа интеллигенции не без помощи миссионерских организаций создали в 1971 г. объединение «Молодое поколение мусульман Малайзии». Члены объединения активно участвовали в акциях протеста и забастовках, чем и заслужили симпатию у молодежного крыла Исламской партии Малайзии входившей в Национальный фронт, который был преемником Альянса. В результате на внутрипартийных выборах Исламской партии, молодые члены организации добились, чтобы их представитель вошел в состав руководства. Дальнейшие шаги Исламской партии и выход из Национального фронта привел к обострению отношений с ОМНО. Жесткая критика действующей власти наряду с усилением позиций в отдельных штатах и сотрудничество с «Молодым поколением мусульман Малайзии» позволила Исламской партии завоевать на парламентских выборах 1982 г. в провинциях Западной Малайзии от 30% до 47% процентов голосов избирателей [7].
В данном случае свою роль сыграли крайнее тяжелое экономическое положение сельского населения, более религиозного и незнакомого с политической стороной Ислама, что было использовано радикальным крылом Исламской партии Малайзии. Тем более что обвинения правительства в национализме и неправильной экономической политике имели под собой основания. Так как с момента провозглашения независимости государственная политика ориентировалась на укрепление национальной идентичности только этнических малайцев, то соответственно, это привело к усилению националистических настроений в китайской и индийской общинах.
В общем, по стране Исламская партия получила 16% голосов избирателей, поскольку не имела четкой предвыборной программы. К тому же недальновидность отдельных деятелей партии создала среди населения страны имидж «экстремистов и религиозных фанатиков», хотя руководство партии пыталась заключить предвыборный союз с китайской Партией демократического действия.
Поражение на выборах Исламской партии привело к внутренней борьбе и значительно ослабило позиции организации в стране. В этой ситуации ОМНО применила тактику «кнута и пряника», за арестами активистов Исламской партии последовали предложение официальных должностей лидерам оппозиционных движений. Премьер-министр Махатхир Мухаммад после нескольких встреч с лидером объединения «Молодое поколение мусульман Малайзии» Анваром Ибрагимом, который действовал в тесном сотрудничестве с Исламской партией, убедил его войти в состав ОМНО. Аналогичное предложение было сделано и руководству Исламской партии.
Правительство Махатхира стремилось изменить традиционное восприятие Ислама малайцами и добиться приспособления их к реалиям современного мира для социально-политического и экономического развития страны при этом, не оттолкнув мусульман от активного участия в этом процессе.
План реструктуризация экономики и общества с целью достижения равенства и справедливости изначально принятый правительством Малайзии в корне отличался по своей структуре от англосаксонской модели капитализма, тем более от социализма. Поиск собственного пути развития столкнулся с определенными трудностями, так как большинство мусульманских стран ориентировались на западные экономические модели с жесткими рыночными законами.
Многие исследователи склоны считать, что малайская экономическая модель более подходит к исламской «смешанной» экономической модели, имеющей базовые основы классического капитализма с доминированием социального и морального аспектов, которые являются важнейшими элементами исламской концепции экономики.
Принципы исламской экономики, не допускающие накопление капитала за счет социальных и экономических прав бедных слоев, установление нижнего предела жизненного уровня граждан, финансирование банками проектов за счет собственных средств или через прямое участие в них, ненасильственное перераспределение богатств государством были реализованы в Малайзии, где экономические проблемы тесно переплелись с политической, религиозной и этнической ситуацией в стране.
«Казалось, что политическое сотрудничество между малайцами и китайцами возможно. Но уже первые годы после обретения независимости среди малайцев стало нарастать недовольство по поводу продолжавшегося господства китайцев в экономической сфере. Никто не проводил тогда каких-либо исследований, но даже случайный наблюдатель мог заметить, что малайцам принадлежит весьма незначительная часть национального богатства страны. В действительности, наибольшая доля национального богатства все еще находилась в руках иностранцев» [8].
Правительство Махатхира считая, что основная угроза для государства исходит от радикальных мусульманских групп, использующих лозунги социальной справедливости, взяло курс на создание благоприятных условий и предпосылок для формирования крупного и среднего бизнеса, среди малайской части населения, которые стали бы гарантом внутриполитической и экономической стабильности.
В 1983 г. был учрежден Исламский банк, который на принципах исламского финансирования участвовал в бизнес-проектах. В парламенте было принято специальное законодательство, регулирующее вопросы исламской экономики и финансов: Закон об исламском банковском деле 1983 г., Закон о «такафуле» 1984 г. (арабск. – поручительство, залог. Прим. автора) [9].
В образовательной сфере с созданием Международного Исламского университета начались широкие исследования мусульманского наследия. Во всех средних учебных заведениях преподавания основ Ислама велось под строгим надзором властей. Завершилось приведение во взаимное соответствие общеобразовательные программы мусульманских и государственных учебных заведений, начатое еще в конце 1960-х гг.
Все эти меры принятые кабинетом Махатхира свели на нет религиозные противоречия мусульманской общине. Что позволило Национальному фронту, несмотря на экономический кризис и падение темпов роста экономики Малайзии получить на досрочных выборах 1986 г. большинство голосов в Законодательном собрании страны. Основной соперник ОМНО среди избирателей мусульман Исламская партия Малайзии получила всего лишь один депутатский мандат.
Курс на сохранение национального единства и осуществление программы национального развития требовал от премьера Махатхира лавировать между религиозным экстремизмом и национализмом, как коренных малайцев, так и китайцев и индийцев. Поэтому он как опытный политик понимал, что любая ошибка в этом вопросе может иметь непредсказуемые последствия. И здесь Ислам стал одним из инструментов, который позволил трансформировать малайский национализм вместе с религиозным экстремизмом в культ знаний и образования, стремление к фундаментальной науке. Безболезненно, хотя это было чревато гражданской войной, восстановить статус малайцев как нации составляющей основу государства и сохранить свою культурную самобытность, не ущемляя прав и интересов китайской и индийской общины. Параллельно государство активизировало пропаганду традиционного Ислама через различные программы по радио и телевидению. Политика Махатхира Мухаммада в конечном счете, создала условия для малайского «экономического чуда», которое он назвал претворением в жизнь заповедей Священного Корана.
Преемники Махатхира продолжили курс правительства на модернизацию страны, хотя период правления Абдуллы Бадави прямого наследника Махатхира с его концепцией «Ислам хадари» (арабск. –относящийся к цивилизации, культуре. Прим. автора) имеет различные мнения и оценки, требующих детального анализа.
Нурдин Мамбетов, руководитель отдела политических исследований НАИЦ «Религия, право и политика».
[1] Петруков Д. Д. История Малайзии и Сингапура. М. 1995. – с. 72.
[2] Юго-Восточная Азия в новое время. М. 2000. – с. 178.
[3] Datuk Dr. Seyd Othman Alhabshi. Islam in Malaysia. www.
Islamonline. net
[4] Dr. Chandra Muzaffar. Malaysia: The present political situation. Oct. 04
2007. p. 3.
[5] Гусев М. Н. Малайзия-председатель ОИК// Азия и Африка сегодня
2004, № 9.
[6] Мухаммад ал-Нагиб ал-Аттаса. Мусульманские молодежные
движения Малайзии. Куала-Лампур, 1986. – с. 7.
[7] Малайзия. Справочник. М. 1987. – с. 110.
[8] Dr. Mahathir bin Mohamad. The Way Forward. Wiedenfeld & Nicolson.
London, UK, 1998. P. 44.
[9] Исламская экономика-немусульман. НГ-Религии. 2004. № 13. – с. 143.
